Великие нимфоманки Елизавета Петровна - императрица и блядь
Елизавета Петровна. Императрица-блядь или жертва недуга

Личности и правлению императрицы-нимфоманки Елизаветы Петровны (1741-1761) в историографии уделено не много внимания. Поэт граф Алексей Константинович Толстой в четырех строках описал историю царствования дочери Петра Великого:

Веселая царица
Была Елизавет:
Поет и веселится,
Порядка только нет.

29 декабря 1709 г. в подмосковном селе Коломенском родилась младшая дочь Петра Великого, названная Елизаветой. Именно в этот день, одержав великую победу над Карлом XII в ходе Полтавской битвы, Пётр I въехал в Москву, чтобы со свойственным ему темпераментом и широтой отпраздновать радостное событие.

Елизавета Петровна, как и её старшая сестра Анна, была внебрачным ребенком, и это обстоятельство серьёзно отразилось в дальнейшем на её женской судьбе. Росло внебрачное дитя вдали от царского двора. Воспитанием будущей императрицы занимались сестра Петра, царевна Наталья Алексеевна.

Пётр и Екатерина понимали необходимость учёбы своих детей, но эта учёба носила специфический характер. Елизавета свободно говорила по-французски и по-немецки, писала стихи, прекрасно пела. Её обучали также танцам, музицированию, умению одеваться.

Пётр хотел выдать дочь за французского короля Людовика XV или за кого-нибудь из дома Бурбонов, но Версаль смущало происхождение матери Елизаветы. Марта Скавронская происходила из семьи литовских крестьян. Но из-за бурной сексуальности Елизавета осталась без высокородного мужа, связав себя впоследствии морганатическим браком с красавцем-осеменителем Алексеем Розумом, сыном украинского казака, певчим придворного хора.

В морозную ноябрьскую ночь 1741 г. на улицах Петербурга жгли костры, народ ликовал: на российский престол взошла младшая дочь Петра I Елизавета. До её тридцатидвухлетия оставалось чуть более месяца.

Большинство мемуаров и документальных свидетельств сходились на том, что Елизавета Петровна была необыкновенно привлекательна. И она прекрасно знала об этом, и всю свою жизнь старалась сохранить свою красоту, прилагая для этого неимоверные усилия.

С годами, однако, красота её стала увядать, и она целые часы проводила у зеркала, пользуясь новейшей в то время французской косметикой. Не случайно, для неё выписывались из Парижа журналы, в которых предлагались статьи, касающиеся самых разных сторон жизни высшего света. Бледный цвет лица (признак аристократического образа жизни) достигался с помощью дорогостоящей пудры, которая могла вызывать сильные повреждения кожи и выпадение зубов из-за наличия в ней свинцовых белил.

Французский дипломат Ж.-Л. Фавье, наблюдавший её в последние годы, писал, что стареющая императрица «всё ещё сохраняет страсть к нарядам и с каждым днём становится в отношении их всё требовательнее и прихотливей».

Страсть Елизаветы Петровны оставаться вечно прекрасной, блистать в обществе была ещё с юности неразрывно связана с неутолимым стремлением к телесным удовольствиям. И если в первые два-три года царствования Елизавета Петровна еще уделяла минимальное внимание решению государственных вопросов, то в дальнейшем передоверила это своим министрам и сенаторам.

Еще во времена полового созревания, Елизавета Петровна демонстрировала повышенный интерес к мужчинам. Взойдя на престол она и вовсе пустилась во все тяжкие. Так, Мардефельд, посол прусского короля Фридриха II, сообщал своему патрону: «Императрица ежедневно по нескольку раз приносит жертву на алтаре матери Амура». Казимир Валишевский отмечал, что даже на богомолья, в паломничество по святым местам Елизавета Петровна не отправлялась без мужчин, с которыми бурно проводила свободное от молитв время.

Не считая тысяч анонимных одноразовых трахальщиков, среди ее партнеров числятся конюх Никита Андреянович Возжинский, кучерский сын Ермолай Скворцов, дворцовый истопник Василий Васильевич Чулков. Все они, разделив ложе любви с Елизаветой Петровной, были осыпаны бесчисленными милостями за собственные половые таланты. Первые двое стали камергерами, получили поместья и потомственное дворянство, а истопник и вовсе чин генерал-поручика и опять же поместье. К сожалению, трахальщиков у российской императрицы было так много, что история не сохранила для нас и тысячной части их имен.

Уже будучи в тайном браке с певчим из сельского церковного хора Алексеем Розумом (Разумовским), императрица совершала конные прогулки по украинским деревням, высматривая пригожих пастушков.

Слухи о ненасытной Елизавете Петровне волнами расходились по стране, формируя, в конечном счете, образ незаконной правительницы. Так, в елизаветинское время соликамская женка легкого поведения Матрена Денисьева говорила своему любовнику: «Вот-де мы с тобою забавляемся, то есть чиним блудодеяние, так и Всемилостивейшая государыня с Разумовским забавляются ж». Еще резче высказалась женка легкого поведения Ульяна: «Мы, грешницы, блядуем, но и Всемилостивейшая государыня с Разумовским живет блудно». И, наконец, женка Елизавета Иванова была предельно лапидарна: «Я — блядь, но Всемилостивейшая государыня живет с Разумовским блудно».

Если указанные женки легкого поведения были цинично откровенны, ставя себя на одну доску с императрицей, то не трудно представить реакцию шокированных женщин из благополучных семей на поведение похотливой императрицы!

Кроме непрекращающегося имперского разврата Елизавета Петровна прославилась и в другом вопросе. Так, 13 декабря 1742 г. императрица издала указ, в котором повелевала: «Из всей нашей Империи, из городов, сел и деревень всех мужеского и женского пола жидов, какого бы кто звания и достоинства ни был, со всем их имением, немедленно выслать за границу и впредь их ни под каким видом в нашу Империю ни для чего не впускать».

Князь Петр Владимирович Долгоруков написал, что 25 декабря 1761 г. в четвертом часу дня «истомлённая распутством и пьянством Елизавета скончалась на пятьдесят третьем году от рождения». Весь 1761 г., до самой кончины, она провела в постели, редко вставая. Императрица скончалась от невосполнимой потери крови. Но «потеря крови» — это симптом, а не клинический диагноз.

Суммируя всю имеющуюся в моём распоряжении информацию о здоровье Елизаветы Петровны, специалисты сделали вывод, что императрица с молодых лет страдала «французской болезнью». В клиническом отношении всё, что пришлось наблюдать врачам, курировавшим её в течение многих лет, укладывается в картину поздней стадии сифилиса:

— Центральная нервная система: головокружения, нарушение речи, тошнота и рвота.
— Сердечнососудистая система: общая слабость, отёки нижних конечностей, одышка.
— Дыхательная система: кашель с мокротой, одышка, кровохарканье.
— Пищеварительная система: рвота с кровью.
— Опорно-двигательный аппарат: трудности в передвижении, что приковало её к постели в последние два г. жизни.

Елизавета Петровна жила бурными сексуальными страстями, до самой смерти оставаясь подлинной нимфоманкой — такой, какой её создала природа.

Статьи по теме